25.11.2019 384

Управляющий партнер Dasco Consulting Group Дармен Садвакасов выступил модератором главной сессии III Саммита по возобновляемым источникам энергии, прошедшего 25 сентября 2019 года в рамках Kazakhstan Energy Week 2019.

Sorry, this entry is only available in Russian. For the sake of viewer convenience, the content is shown below in the alternative language. You may click the link to switch the active language.

Главными организаторами мероприятия выступили Ассоциация возобновляемой энергетики Казахстана и Фонд Первого Президента Республики Казахстан-Елбасы.
В работе первой сессии Саммита приняли участие Исполнительный директор Фонда Первого Президента Асет Исекешев, глава Постоянного представительства Европейского союза Свен-Олов Карлссон, глава Фонда Сколково и Президента ФИДЕ Аркадий Дворкович и вице-министр энергетики Мурат Журебеков.
На международной площадке приняли участие свыше 300 делегатов из 20 стран мира. Участники Саммита обсудили возможности и перспективы использование возобновляемых источников энергии, а также предложили идеи и решения по построению «зеленого» будущего Казахстана.

Справка Dasco Consulting Group:
По итогам 2018 года, более 40 городов полностью используют ВИЭ как источник потребления энергии, минимум еще 100 городов потребляют не менее 70% от ВИЭ.

Доля ВИЭ в энергобалансе в ряде европейских стран составляет более 30%. Лидером является Швеция (54%), за ней следуют Финляндия, Латвия, Дания, Австрия и др.

Инвестиции в ВИЭ увеличились с менее чем 50 млрд. долларов США в 2004 году до рекордных 348 млрд. долларов США в 2015 году.

Более 150 компаний, включая такие гиганты как Facebook, Microsoft, Google, IKEA, Gatwick Airport объявили, что перейдут на 100% на чистую энергию.
В начале 2017 года в США на солнечных электростанциях работало 375 тысяч человек и еще более 100 тысяч человек трудилось на ветроэлектростанциях, а на электростанциях, вырабатывающих электричество из традиционных источников энергии, работают «всего» 185 тысяч человек.
В марте 2017 года все ветроэлектростанции Шотландии сгенерировали 1,24 ТВт*ч электроэнергии, что в 1,3 раза больше объема электричества, потребляемого домашними хозяйствами этой страны.
Согласно оценке ПРООН, потенциал Казахстана огромный: ветер – 929 ТВт*ч. Для сопоставления, прогнозируемая генерация электроэнергии в 2050 в РК – 293 ТВт*ч в базовом сценарии.

В то же время основной вопрос в стоимости производства энергии от ВИЭ. Если она будет меньше, чем от традиционных источников, а это именно так в ряде стран мира, то потенциал можно будет реализовать с применением высоких технологических решен

Sorry, this entry is only available in Russian. For the sake of viewer convenience, the content is shown below in the alternative language. You may click the link to switch the active language.

Управляющий партнер Dasco Consulting Group рассказал о перспективах казахстанского рынка труда

Создание качественных рабочих мест, встроенных в глобальную экономику, является одним из ключевых факторов социально-экономического развития государства. Эта идея четко выражена в Плане мероприятий по исполнению поручений президента, данных на расширенном заседании правительства в июле текущего года. О перспективах казахстанского рынка труда корреспонденту центра деловой информации Kapital.kz рассказал управляющий партнер Dasco Consulting Group Дармен Садвакасов.

Самое главное – встроенность в глобальный рынок

– Дармен Канатович, среди десяти направлений государственной политики, отмеченных Касым-Жомартом Токаевым в своей инаугурационной речи, особое место занимает обеспечение населения рабочими местами. Эту же задачу в числе первостепенных определило для себя правительство. На ваш взгляд, какие условия сегодня влияют на эту сферу и какие меры могут быть наиболее эффективными?

– Реализуя различные проекты по изучению отраслей экономики, поддержке стратегического развития крупных компаний и организаций, мы пришли к пониманию, что нет другой экономики, кроме экономики рабочих мест. И то, что занятость определена правительством приоритетной задачей, — позитивный сигнал для социально-экономической сферы и потенциальных инвесторов. Здесь необходимо выделить ряд ключевых моментов, на которые в настоящее время ориентируется государство.

Во-первых, одна из ключевых проблем, которую мы наблюдаем в этой сфере, – создание именно качественных рабочих мест. Они определяются несколькими параметрами, в том числе: постоянная занятость, уровень оплаты, производительность, безопасность и, самое главное, встроенность в глобальную экономику. Например, несмотря на однозначную полезность, инспектор дорожной полиции, сотрудник внутреннего аудита, работник коммунального предприятия не интегрированы в международную систему, а механик горнорудной компании, нефтяник или фермер являются частью глобального рынка.

И, судя по утвержденному Плану действий, у правительства есть понимание того, что для повышения конкурентоспособности Казахстана необходимо создавать качественные, продуктивные рабочие места. Чем их больше, особенно в секторах с более высокими переделами и технологиями, тем страна конкурентнее, люди производительнее и более высокооплачиваемы. Последнее связано с глобальной конкуренцией за ресурсы. Большой потенциал для создания качественных рабочих мест есть у обрабатывающей и пищевой промышленности, сферы деловых услуг, IT-индустрии.

Во-вторых, генерировать качественные рабочие места способен только частный бизнес. Задачей государства будет создание для этого процесса максимально благоприятных условий.

К примеру, в странах ОЭСР малый и средний бизнес является работодателем для более 60% от всех занятых людей. У нас же этот показатель составляет порядка 30%. При этом очень большая часть работоспособного населения «скрывается» в неформально занятых. Также высока доля тех, кто находятся в государственной занятости. Кроме того, если сравнивать с развитыми странами, у нас гораздо ниже число занятых, приходящихся на одно предприятие. Если в Казахстане в расчете на одно предприятие довести число работников до стран ОЭСР, то может появиться еще более двух миллионов качественных рабочих мест.

В-третьих, практически все национальные холдинги и компании, в целом квазигосударственный сектор имеют излишние рабочие места. По сути, национальные компании используются в качестве инструмента правительства по обеспечению социальной стабильности в регионах. Однако это крайне ограниченный ресурс. В среднесрочном периоде ожидается рост численности рабочей силы, обусловленный темпами рождаемости и увеличением продолжительности жизни. Демографическому росту поспособствует и выход на рынок труда молодежи – до 2025 года из системы образования выйдет до 2 млн молодых людей. Как вы понимаете, действующими инструментами проблему новой армии трудовых и креативных сил не решить.

В-четвертых, стержневую роль в повышении конкурентоспособности играет экспорт наших товаров и услуг на международные рынки. Для этого правительство намерено углублять переработку производства и внедрять передовые технологии. Конечно, в сравнении с соседними экономиками Китая и России у нас небольшое количество трудовых ресурсов. Причем существенная доля, задействованная в сельском хозяйстве, генерирует сравнительно невысокий объем ВВП.

Поэтому государству предстоит оценить возможности и сконцентрироваться именно на тех секторах, где создается максимально большая добавленная стоимость с экспортным потенциалом. Экспорт сложных товаров привлекает в страну деньги, повышает объем ВВП, увеличивает бюджет, который превращается в государственные инвестиции, создает качественные рабочие места. В первую очередь речь идет о занимающихся производством товаров с высокой добавленной стоимостью.

Конечно, в этом направлении для нашей страны есть существенное ограничение – транспортная составляющая. В то же время рынок крупных нефтегазовых проектов, реализующихся в Казахстане, является, по сути, международным рынком. Потенциал увеличения доли казахстанского оборудования в закупках крупных нефтегазовых проектов огромный. Нужно создавать условия в виде доступа к информации и предоставить бизнесу долгосрочные контракты на поставку.

В то же время отсутствие доступа к морю обращает наше внимание на альтернативные возможности – транзитный потенциал и экспорт деловых услуг, к которым в том числе относится консалтинг.

Отдельный вектор – IT-сфера. Казахстан занимается цифровизацией не первый год и имеет определенные успехи. Имеются успешные бизнес-проекты, обученные кадры, в том числе по программе “Болашак”, перспективные стартапы, венчурное фондирование и рынки сбыта. В идеале должна быть создана экосистема инновационного бизнеса, имеющая поддержку как на внутренней, так и международной арене.

Бизнесу некогда заниматься бюрократией

– С какими барьерами сталкивается наш рынок труда? Что мешает моментально решить те задачи, которые вы перечислили?

– Преград достаточно много. К примеру, отсутствие доступного, долгосрочного финансирования для малого и среднего бизнеса. Несмотря на широкую известность программ Фонда развития предпринимательства “Даму”, они покрывают только около 1% в год от существующей потребности. Кредиты же в банках второго уровня позволяют заниматься лишь краткосрочными проектами, на уровне торговых операций. Иначе высокие кредитные ставки разоряют бизнес.

Более того, механизм получения господдержки излишне забюрократизирован. Здесь необходимо упрощение процедур на основе четких и однозначных критериев оценки бизнеса с регламентированными сроками. Бизнес должен заниматься бизнесом, ему некогда заниматься бюрократией.

Сказывается и отсутствие прозрачности, заблаговременного предоставления актуальной информации о закупках. Быстрого эффекта можно достичь, к примеру, в закупках товаров для ремонта заводов на территории страны. Это плановая деятельность, зависящая от износа оборудования. Если дать эту информацию бизнесу за год-два, то это будет мотивировать предпринимателей привлекать технологических партнеров и инвестиции в Казахстан для создания совместных компаний и рабочих мест.

Также рынок тормозит отсутствие долгосрочного контрактования, особенно на поставку и производство товаров с казахстанским содержанием. Заказы на длинный период от 3 до 7 лет позволяют бизнесу крепнуть, планировать, повышать технологичность и производительность. Только для нефтегазового сектора Казахстана долгосрочное контрактование позволит создать до 60 тыс. постоянных и качественных рабочих мест. Мы не устаем об этом повторять на всех диалоговых площадках, в СМИ, при личных встречах с главами соответствующих ведомств и крупнейших нефтегазовых компаний.

В первую очередь надо обратить внимание на крупнейшие нефтегазовые проекты – Тенгиз, Карачаганак, Кашаган. На сегодняшний день здесь созданы слишком идеальные условия для зарубежных поставщиков с точки зрения таможенных пошлин и возврата НДС. Это приводит к тому, что производители не мотивированы создавать производство внутри Казахстана, а иностранные компании имеют подавляющее преимущество с точки зрения налогообложения.

Поэтому необходимо искать условия, когда зарубежные производители будут искать возможность создавать производство оборудования в нашей стране, локализовать его совместно с отечественными участниками по требованию казахстанского содержания. Конечно, здесь следует учитывать, что с 2021 года заканчивается наш транзитный период пребывания в ВТО, но тем не менее потенциал у этой сферы огромный.

– Есть ли возможность на законодательном и операционном уровне улучшить эту ситуацию?

– На наш взгляд, в рамках реализации утвержденного правительством Плана мероприятий целесообразно включить целевые индикаторы создания качественных рабочих мест во все стратегические и программные документы. Для этого важно выработать определение качественного рабочего места, закрепив его в нормативных правовых документах. Необходимо определить его критерии, в том числе по уровню оплаты труда, производительности и степени вовлеченности в глобальную экономику.

В совершенствовании нуждается режим налогообложения, особенно в части стимулирования бизнеса к укрупнению. Также есть необходимость принять шаги по дальнейшей защите прав собственности и законных интересов бизнеса.

Еще одним важным шагом может стать снижение региональных диспропорций при распределении государственных ресурсов на реализацию государственных и правительственных программ. В первую очередь это касается кредитования, различных видов государственной финансовой поддержки и принятия более эффективных механизмов доведения средств до конечных заемщиков.

– Что сейчас происходит на рынке труда? Каков основной тренд?

– Сфера занятости переживает грандиозные изменения. За последние 8-9 лет в Казахстане произошли масштабные перетоки между отраслями. Ярким примером является сельское хозяйство, где численность работников сократилась вдвое, до 1,2 млн человек, и это не предел. При этом переход трудовых ресурсов состоялся в более производительные сферы – промышленность и услуги.

Значительно выросли показатели специалистов в сфере IT, есть позитивная динамика в туризме. При этом в тех секторах, где доминирует государство, а это образование, социальная сфера, здравоохранение, тоже увеличилось качество занятости. Все это происходило с повышением производительности более чем в два раза. Правда, до передовых стандартов нам еще далеко. Производительность Казахстана отстает от развитых стран в разы: от Норвегии – в 8 раз, от Германии, Франции и Финляндии – в 5 раз, от Великобритании и Италии – в 4 раза.

Отраслевые перетоки существенно сказываются на демографической карте страны: с 2010 года количество занятого населения в городах увеличилось на 777 тыс. человек, а в сельской местности этот показатель сократился на 196 тыс. Если говорить в разрезе регионов, то показательна ситуация в Актюбинской области, где в город прибыло 106 тыс. занятых, а из аулов уехало 67 тыс. прочем. Впрочем, активное развитие аграрного сектора в Алматинском регионе, наоборот, вызвало прилив рабочих сил в село, где обосновались 126 тыс. новых работников.

Данные по перетокам наглядно показывают, насколько все взаимосвязано. К сожалению, зачастую эффект мультипликативности не учитывается при реализации отраслевых реформ, которые, как правило, проходят в рамках одной государственной структуры. Здесь необходима межведомственная координация. Скажем, если мы проводим реформу в сельском хозяйстве, то это означает высвобождение части людей и перераспределение их в другие отрасли, в первую очередь в малый и средний бизнес.

В 1979 году очень интересную реформу по переходу от коллективного ведения сельского хозяйства к современной фермерской модели проводил Китай. Освобождалось очень большое количество людей, которые нуждались в безболезненном перетоке в другие отрасли и регионы. Тогда аграрная реформа была синхронизирована с открытием свободных экономических зон на юге страны – в Гуанчжоу и четырех других городах. Здесь же грамотно выстроилась работа в социальном обеспечении – ускорились и упростились порядок оформления на работу, переобучения, регистрации в детских садах, школах, поликлиниках и так далее. То есть, был полностью взят под контроль механизм внутренней миграции.

Миллионы людей потянулись на юг, где им предоставлялись трудовые и образовательные условия, а также более высокий доход. При этом сами новые экономические зоны опирались на инвестиции, которые шли в основном из Тайваня. Эта модель позволила создать мощную индустрию на базе СЭЗ с доступом к морю. Китай стал глобальным экспортером различных товаров. Параллельно с этим в сельском хозяйстве произошло сокращение трудовой силы и повышение производительности.

Казахстанской экономике следует перенимать подобный опыт координации между различными государственными структурами, зарубежными инвесторами и внутренним бизнесом.

Навыки преобладают над дипломами

– Перейдем к будущему рынка труда. Где конкретно, согласно вашим прогнозам, будут создаваться новые рабочие места? Какие направления мы можем развивать помимо малого и среднего бизнеса?

– Здесь необходимо обратить внимание на два вопроса. С одной стороны, сколько трудовых ресурсов будет доступно для экономики? Это, опять же, прямая зависимость от демографии. В 1990-х годах у нас случился провал, и мы все еще переживаем его последствия. К примеру, по этой причине казахстанский рынок труда до настоящего момента находился в тепличных условиях, на него не оказывалось большого давления. Сюда прибывало относительно немного людей, безработица снижалась, число самозанятых сокращалось.

Такая тенденция продлится еще максимум пять лет, но потом вызовы станут расти. Как я уже отмечал, в конкурентную борьбу за рабочие места вступят выпускники из поколения так называемого казахстанского бэби-бума, который мы наблюдаем с начала 2000-х годов. Кроме того, изменения в пенсионном законодательстве коснутся множества женщин, которые станут выходить на заслуженный отдых на несколько лет позже.

Другая сторона «трудовой медали» – государству придется приложить все усилия для создания новых рабочих мест. Если мы, опять же, говорим о сельском хозяйстве, то самозанятые, работающие на личных подсобных хозяйствах, при создании трудового спроса будут стараться переехать в город и найти работу с лучшими условиями. Как минимум это будут такси по формату «Яндекса» и Uber, строительство, торговля, транспорт, услуги. Если человек получит хорошее образование, то появляется возможность для квалифицированной работы в городе.

Что касается условного креативного класса, то он уже не ограничивается выбором только классических профессий. Уже сейчас можно говорить о таких потенциально востребованных специальностях, как проектировщик умного дома и 3D-печати, оператор медицинских роботов, диспетчер беспилотной навигации, дизайнер виртуальных миров.

Но если рабочие места создаваться не будут, процесс урбанизации замедлится, а число самозанятых перестанет сокращаться. Возникнут самые серьезные социальные риски, которые могут привести к неконтролируемым последствиям.

– В каких трудовых ресурсах Казахстан будет заинтересован прежде всего?

– В первую очередь увеличится спрос на кадры более высокой и средней квалификации. Там же, где работу можно автоматизировать, начнутся сокращения, а высвободившиеся ресурсы будут требовать повышения навыков и переобучения. Мы прекрасно понимаем, что между десятью грузчиками и одним оператором на автопогрузчике с вилочным захватом работодатель сделает выбор в пользу второго. По обобщенной оценке, примерно треть производственных процессов в мире будут автоматизированы к 2035 году. Это окажет влияние на 75% рабочих мест.

Исходя из этого, начнет превалировать «экономика знаний». По ним требуется длительный цикл подготовки, высокий уровень образованности, но именно здесь заключено будущее. В развитых странах рынок труда уже минимум на четверть состоит из профессий категории «знание» – программисты, юристы, физики, инженеры, предприниматели. В Казахстане эта доля растет, но пока составляет только 11%.

Всего в нашей стране порядка 8,5 млн занятого населения, из которого, по нашей оценке, ежегодно необходимо обучать порядка 1 млн человек. Это даже с учетом тех лиц, которые выходят на пенсию или в декретный отпуск. Исходя из этого, очевидно, что вопрос непрерывной подготовки становится стратегической задачей на уровне государства.

В этой сфере есть два основополагающих момента. Первый – повышение эффективности краткосрочных курсов, которые сегодня очень популярны. Речь идет не только о мероприятиях, которые проводятся за счет государства, но осуществляемые непосредственно самими предприятиями. Их главной задачей должно стать обеспечение гибкости и взаимосвязи между текущими экономическими и образовательными процессами. То есть заявленное государством реформирование профтехобразования здесь очень кстати — главное, четко определиться с приоритетами.

Второе направление – внедрение новых моделей дистанционного онлайн-обучения. Это общемировая практика, и она доказывает свою эффективность через стремительно расширяющийся рынок, именуемый EdTech («образовательные технологии»). К 2020 году он вырастет до 250 млрд долларов США. Миллионы людей сегодня обучаются и повышают навыки в Интернете. В Казахстане будут использоваться онлайн-платформы с обучающими курсами, желательно отечественные, на которых будет происходила бы консолидация всех поставщиков учебных услуг, работодателей и работников, желающих совершенствоваться.

– Какие риски могут возникнуть в том случае, если все разом вдруг бросятся повышать свою квалификацию?

– Если мы будем двигаться только в этом направлении, то можем породить квалифицированную безработицу. То есть люди станут достаточно образованы для решения сложных задач, но одновременно не окажется качественных рабочих мест.

Поэтому, помимо непрерывного обучения, стране нужна система профессиональной ориентации. Она должна быть простой и понятной, где каждый желающий сможет найти информацию о востребованных профессиях, перспективах и образовательных программах. Насколько мы знаем, такая работа уже ведется. Очень важно, чтобы она была доведена до конца.

Кроме того, всегда возникает вопрос: чему обучать рабочую силу? Как правило, во многих странах он решается через национальную систему квалификации. Ее развитие в стране реализуется уже много лет, но ожидаемых результатов по-прежнему нет. Поэтому целесообразно перезапустить эту системы, кардинально поменять механизм ее работы. Здесь необходим системный подход. Не исключаем вероятности того, что некоторые решения в этой сфере можно осуществить гораздо проще, быстрее и дешевле, чем это делается сейчас.

– Тогда насколько в сложившейся ситуации важна роль образовательных дипломов и всевозможных сертификатов?

– Поставьте себя на место предпринимателя, которому нужна, к примеру, услуга дизайнера по изготовлению видеографики. Работодатель в первую очередь будет смотреть на портфолио кандидата, и его будет в последнюю очередь волновать, какая у него официальная специальность – дизайнера, архитектора или даже медика. Главное, чтобы человек имел соответствующий навык.

В этом плане «экономика навыков» начинает преобладать над «экономикой дипломов». Причем навык можно получить в более короткий срок, чем диплом, и быть на рынке абсолютно востребованным и достаточно высокооплачиваемым.

Ни для кого уже не секрет, что знания, приобретенные в образовательных учреждениях, стремительно устаревают. Если раньше технического образования, полученного в ПТУ или вузе, хватало на 10 лет без повышения квалификации, то сейчас – лишь на 2 года по многим специальностям. Чтобы поддерживать должную квалификацию и оставаться востребованным на рынке XXI века, необходимо самостоятельно обучаться на протяжении пяти часов в неделю.

Исходя из этого, курсы и онлайн-обучение необходимо внедрять в Казахстане максимально быстро и эффективно. Важно готовить наших людей к новой экономике, где потребуются не формальные дипломы, а конкретные навыки.

Резюмируя все, о чем мы с вами говорили, необходимо подчеркнуть: решение проблем занятости, выведение этой сферы на качественно новый уровень — это и есть главный социально-экономический вектор страны. Все остальное — производные этого масштабного процесса, от успеха которого зависит устойчивое развитие нашего государства.

https://kapital.kz/economic/80995/darmen-sadvakasov-net-drugoy-ekonomiki-krome-ekonomiki-rabochikh-mest.html

Sorry, this entry is only available in Russian. For the sake of viewer convenience, the content is shown below in the alternative language. You may click the link to switch the active language.

«Компания Dasco Consulting Group была создана год назад. До открытия компании у всех партнеров был опыт в создании и управлении фирмами в этой сфере. Наш управляющий партнер -лидер и идеолог Дармен Садвакасов. Мы занимаемся стратегическим консалтингом, решением комплексных вопросов, которые могут возникать в процессе управления компаниями. Кроме того, у нас есть направление налогового, таможенного и юридического консалтинга. На данный момент в команде работает порядка 25 человек. Мы планируем активно развиваться, но не гонимся за цифрами. Тщательно относимся к выбору людей, которые с нами работают. Мы гордимся командой, которая сложилась на сегодняшний момент, и ценим своих сотрудников.

Наставничество – это часть нашей корпоративной культуры. Консалтинг – такой вид бизнеса, где 95 % успеха зависит от людей и их компетенций. Мы все время повышаем уровень профессионализма сотрудников, инвестируем в их развитие.

Мы приняли для себя такую модель работы с персоналом не потому, что понятие «менторство» сейчас в моде. Заботиться о своих людях — естественно. Каждый из наших сотрудников — это по-настоящему ценный кадр. Наставник — это не всегда тот, кто выше по должности. Каждый сотрудник может стать наставником в своей специфической деятельности.

Мы все делимся с коллегами своими компетенциями, знаниями и опытом. Проводим тимбилдинги, встречи в неформальной обстановке. Также на постоянной основе проводим brain kitchen, где каждый сотрудник может выступить в роли спикера и поделиться знаниями в той области, где он эксперт.

У нас есть хороший пример того, как наставничество помогло человеку выйти на новый уровень в профессиональном плане. Карлыгаш Жунусова пришла в компанию, будучи молодым специалистом. В процессе выполнения поручений от руководства она самостоятельно выучила английский язык. А затем, следуя советам наставника, поступила в Гарвардский университет на сложную и конкурентную программу магистратуры по международному развитию. Я был одним из тех людей, кто писал ей рекомендательное письмо. Конечно, в первую очередь это большая заслуга самой Карлыгаш. Никакой наставник не смог бы помочь поступить в один лучших вузов мира, если бы она не была перспективным и талантливым человеком.

В компании мы приветствуем стремление сотрудников быть амбициозными, продолжать обучение и поступать в лучшие университеты мира. И оказываем им в этом вопросе всяческую поддержку.

Хороший наставник должен быть профессионалом в своей области. Также важно его умение обучать, делиться своими знаниями. Еще один фактор — взаимное уважение и доверие.

Эффективна модель, когда не наставник выбирает подопечного, а подопечный наставника.

Самое главное — наставничество не должно быть формальностью. Знаю случаи в компаниях, где все подробно прописано и регламентировано, но на деле не выполняется. А есть организации, где нет четких правил, инструкций, но все работает эффективно, просто потому что наставничество является частью культуры организации».

Источник: https://weproject.media/articles/detail/kak-pomoch-sotrudnikam-adaptirovatsya-v-novom-kollektive-i-dostich-bolshikh-vysot/

 

Sorry, this entry is only available in Russian. For the sake of viewer convenience, the content is shown below in the alternative language. You may click the link to switch the active language.

Рынок консалтинга будет постепенно развиваться, а казахстанские компании – крепнуть

Как текущие политические перемены могут повлиять на инвестиционную привлекательность страны, что можно ожидать от прихода Ерболата Досаева в Нацбанк, а также обинвестиционной привлекательности Казахстана на международной арене в интервью деловому еженедельнику «Капитал.kz» рассказал управляющий партнер Dasco Consulting Group Дармен Садвакасов.

– Дармен Канатович, насколько сегодня велик спрос на консалтинговые услуги в бизнесе и госструктурах? Можете сравнить момент старта работы с сегодняшним положением дел?

– Могу отметить, что консалтинговые услуги востребованы. Это доказывает в том числе активность на казахстанском рынке таких известных зарубежных компаний в сфере управленческого консалтинга, как Boston Consulting Group и McKinsey.

Мы и сами постоянно находимся в режиме развития, совершенствуем внутренний менеджмент, изучаем методологии, формируем новые консалтинговые продукты, наращиваем круг клиентов и бизнес-партнеров. Это время, которое не оплачивается клиентами, однако повышает качество предоставляемых нами услуг и, соответственно, увеличивает доход в долгосрочном горизонте.

– С какого рода проблемами сегодня сталкивается отечественный бизнес? Существуют ли рычаги, которые бы обеспечили рост местного предпринимательства?

– Предпринимательство – это широкое понятие, и проблемы здесь возникают в зависимости от специфики деятельности каждой компании. Одним из общих вызовов является дорогое кредитование. Сегодня ставки кредитования не позволяют реализовывать долгосрочные проекты. Говоря откровенно, любой проект, реализующийся от трех и более лет на кредиты банков второго уровня по текущим ставкам, подвергается высокому финансовому риску.

Мы взаимодействуем с европейскими компаниями и знаем, что они кредитуются по гораздо более низким ставкам, примерно от 3% до 5% годовых. Это позволяет бизнесу инвестировать в долгосрочные инициативы, конкурировать за рубежом, включая и казахстанский рынок.

У нас же высокие кредитные ставки позволяют осуществлять в основном краткосрочную активность, большей частью в торговой сфере по принципу «купить – продать» без значимой добавленной стоимости. Отечественному бизнесу очень сложно наладить производство товаров на фоне дорогого кредитного финансирования. Кроме того, для поддержки наших производителей требуется активнее внедрять механизм долгосрочных контрактов, а также предоставлять своевременный и полный доступ к актуальной информации по закупкам крупными предприятиями, особенно в нефтедобывающем секторе, где закупки измеряются миллиардами долларов в год. Достижение этой цели – процесс, в котором должны быть одинаково заинтересованы государственные органы и частный сектор.

– В каких сферах ощущается дефицит консалтинговых услуг?

– Таких направлений достаточно много. Сельское хозяйство, малый бизнес и другие. В то же время в рамках реализации государственных программ, приватизации госактивов, проведения IPO национальными компаниями, на мой взгляд, важно задействовать отечественные консалтинговые компании. Не только для получения консультаций, но и для того чтобы история вопроса, аккумуляция опыта и знаний оставались у казахстанских специалистов. Такая экспертиза в дальнейшем будет основой для экспорта конкурентоспособных деловых услуг на зарубежные рынки. Необходимо создать такие условия, при которых участие казахстанских консалтинговых компаний будет обязательным практически во всех крупных консалтинговых проектах.

– В продолжение темы эффективности – а насколько сам консалтинг прибылен?

– Это перспективный, но в то же время рискованный и очень специфический бизнес. Во-первых, необходимо эффективно управлять рисками, репутационными, операционными, финансовыми и другими. Во-вторых, постоянно работать над формированием команды, ее высокой мотивацией и обеспечением качества услуг. В-третьих, важно формировать доверие клиентов. В этом плане, например, мы не стремимся во что бы то ни стало продать услугу, а таргетируем долгосрочные отношения с клиентом через качество услуг и пользу. В-четвертых, этот бизнес требует энергозатратного менеджмента на верхнем и среднем уровнях. Неслучайно консалтинговый рынок Казахстана начал формироваться совсем недавно, когда появились эффективные управленческие компетенции, профессиональные менеджеры.

– Можете ли вы подтвердить версию, что иностранные специалисты ценятся у нас в стране больше, чем их коллеги из Казахстана? Почему отдается предпочтение экспатам?

– Мы на конкретных собственных кейсах и в личных беседах убеждаем государственных менеджеров, бизнес-лидеров, что достигли зрелости и глубины в выполнении консалтинговых задач высокой сложности. Мы гарантированно проводим эту работу на уровне ведущих зарубежных консультантов, знаем историю вопроса, понимаем специфику казахстанской экономики. Конкретную квалифицированную поддержку ценят в частном секторе.

С другой стороны, в государственном секторе подобное понимание пока встречается не везде, хотя обстоятельства так или иначе заставляют госаппарат на регулярной основе привлекать консалтинговые услуги. Надо признать, что госслужащие пока более охотно ведут переговоры с зарубежными консультантами. Наработанные методологии, глубокие знания международной практики формируют свои преимущества. В то же время зрелость локальных компаний растет.

– Могут ли повлиять текущие политические перемены на инвестиционную привлекательность страны?

– В списке любого инвестора существует набор рисков. Один из первостепенных – политический. К нему относится, например, изменение законодательства, создание менее привлекательных инвестиционных условий в тот момент, когда инвестор уже вложился в проект и ожидает возврат на инвестиции. К этому же вопросу относится изменение налогообложения и таможенных пошлин. Кроме того, как показывает международная практика, самый большой риск может заключаться в национализации активов, когда государство забирает бизнес у иностранного владельца под каким-нибудь предлогом. Таких рисков любой инвестор боится.

В связи с этим важно, какая в стране политическая ситуация. Пока в Казахстане не пройдут президентские выборы и не завершится транзитный период, политические риски будут оцениваться инвесторами как достаточно высокие. Исходя из этого, в ближайшей перспективе можно ожидать некую сдержанность инвестиционных решений как у внешних, так и у внутренних участников рынка.

На фоне этого в ближайшее время государственные вливания в социальную сферу будут только нарастать. Это связано с четкими и своевременными социальными инициативами первого президента, с объективной необходимостью обеспечить приемлемое качество жизни казахстанцев.

– Какова в вопросе стабилизации финансового сектора роль Национального банка? Что можно ожидать от прихода в Нацбанк такого опытного государственного менеджера, как Ерболат Досаев?

– Ерболат Досаев является сильной политической фигурой с мощным бэкграундом по управлению экономическими системами, отличным пониманием банковского сектора и бизнеса. Наряду с этим у Ерболата Аскарбековича очень решительный и независимый стиль управления, он умеет достаточно быстро принимать решения. Это именно те личностные качества, которые нужны руководителю Национального банка в условиях текущих вызовов в финансовом секторе.

Вместе с тем перед Нацбанком стоят по-настоящему серьезные задачи. В последние годы банковский сектор снижал кредитование юридических лиц, что в конечном счете сказывалось на экономическом росте страны. Безусловно, нашей банковской системе нужна «перезагрузка», чтобы она начала активнее кредитовать экономику. Сейчас, к сожалению, показатель кредитования экономики находится на исторически минимальных отметках.

Необходимо также решать проблему по обеспечению экономики длинными деньгами, одновременно добиваясь понижения кредитных ставок. Это нужно, чтобы бизнес выстраивался в устойчивые конструкции, мог реализовывать долгосрочные проекты, создавать производства. Тут одними фискальными мерами без эффективной денежно-кредитной политики не обойтись. В этом плане с приходом Ерболата Досаева, надеюсь, мы будем наблюдать конкретные шаги в области поддержки экономического роста со стороны Нацбанка.

– Расскажите, пожалуйста, о ключевых направлениях деятельности вашей компании. Каковы ваши основные сферы интересов?

– Dasco Consulting Group – это независимая консалтинговая компания, которая на сегодня осуществляет четыре вида консалтинга: стратегический, юридический, налоговый и таможенный.

Сейчас мы также планируем заняться IT-консалтингом, подбираем команду, планируем заключать партнерства для реализации проектов. С точки зрения IT мы смотрим на нефтегазовый, горнорудный, банковский сектора, а также готовы работать в логистике, сельском хозяйстве, здравоохранении и образовании.

– То есть вы работаете как с бизнесом, так и с госструктурами?

– За последний год мы реализовали порядка двух десятков проектов с фокусом на работе с крупным и средним частным бизнесом, хотя в нашем портфеле есть также успешные проекты в государственном и квазигосударственном секторах. Помогая клиентам добиваться высоких результатов на рынке, мы часто работаем на принципах success fee, получая свой доход вместе с успехом клиента. В 2019 году планируем сбалансировать свой портфель проектов, работая как с частным, так и с государственным и квазигосударственным секторами. Переговоры по проектам в настоящее время активно ведем.

– Ориентирована ли ваша деятельность на международный рынок?

– Да, в прошлом году мы уже экспортировали наши услуги за рубеж – это стало для нас положительным опытом и продемонстрировало конкурентоспособность Dasco Consulting Group и за пределами страны. Мы продолжим работу по расширению портфеля наших услуг за рубежом и укреплению международного статуса компании.

– Насколько стоимость ваших услуг отличается от стоимостиработы зарубежных конкурентов?

– Цены на услуги зависят от проекта и объема работ. Нет универсальной стоимости проекта, она сильно разнится. Но в целом мы, как местная компания, предоставляет конкурентоспособные и качественные сервисы. Наши расценки не дешевые, но на порядок ниже, чем у зарубежных консультантов.

– Сколько времени нужно на то, чтобы компания, обратившаяся к вам за поддержкой, добилась ощутимых результатов?

– Это зависит от поставленных задач. Мы можем сопровождать сделки с покупкой или продажей актива, проводить работу по оптимизации расходов, управлению профильными и непрофильными активами, построению и реализации цифровых стратегий и так далее. Это может быть заключение эффективных инвестиционных договоров, получение выгодных условий, преференций по установленным процедурам, которые предлагает государство для зарубежных инвесторов. В любом случае мы работаем на клиентов с получением конкретных результатов в кратчайшие сроки.

– Каковы ваши ожидания от развития консалтингового рынка страны?

– Выражаясь языком рейтинговых агентств, они со «стабильным» прогнозом. Уверен, что рынок консалтинга будет постепенно развиваться, а казахстанские компании – крепнуть. Со стороны частного сектора уже есть значительная степень понимания роли внутренних консультантов. Очередь – за государством и национальными компаниями, которые максимально выиграют от работы с отечественными партнерами.

При этом я с уважением отношусь к зарубежным конкурентам. У них есть очень серьезные практики и методологии, которые нарабатывались десятилетиями. Это нельзя игнорировать и нужно использовать. На мой взгляд, в ближайшее десятилетие эффективный синтез усилий зарубежных и локальных команд позволил бы выстраивать наиболее эффективную консалтинговую поддержку.

 

Источник: «Капитал», 8 апреля 2019 года

 

https://kapital.kz/expert/77197/darmen-sadvakasov-konsalting-perspektivnyj-no-riskovannyj-i-specificheskij-biznes.html

 

 

 

 

Sorry, this entry is only available in Russian. For the sake of viewer convenience, the content is shown below in the alternative language. You may click the link to switch the active language.

Ведущая эстонская IT-компания Thorgate подписала партнерское соглашение с консалтинговой компанией Dasco Consulting Group, согласно которому компании будут совместно реализовывать IT проекты для компаний и организаций в Казахстане и Азии.

Основной фокус планируется сделать на цифровой трансформации в нефтегазовой, горнорудной, банковской отраслях, агропромышленном, транспортно-логистическом и государственном секторе.

Управляющий партнер компании Dasco Consulting Group Дармен Садвакасов и партнер компании Thorgate Янар Мерило договорились о разработки цифровые продукты в индустрии 4.0, электронной коммерции, финтех секторе и цифровом здравоохранении с использованием технологий машинного обучения, искусственного интеллекта и больших данных.

«Эстония – страна, известной как родина «электронного правительства», Skype, мобильного голосования и мобильной парковки. Мы разработали сотни первоклассных цифровых продуктов для рынков США и Европы. Наши офисы расположены в Лондоне и Осло, и мы очень рады началу активизации нашего бизнеса на азиатских рынках совместно с Dasco Consulting Group», – отметил Янар Мерило.

Как подчеркнул Дармен Садвакасов, «эксперты Dasco очень хорошо понимают преимущества и перспективы использования высокоэффективных IT-продуктов. В стране активно работает госпрограмма «Цифровой Казахстан», и мы намерены внести вклад в ее реализацию совместно с Thorgate».

 

 

 

 

Sorry, this entry is only available in Russian. For the sake of viewer convenience, the content is shown below in the alternative language. You may click the link to switch the active language.

В Dasco Даулет Аргандыков будет отвечать за стратегический консалтинг в сферах госуправления, развития человеческого капитала и реализацию образовательных проектов.

«Даулет Аргандыков имеет многолетний опыт руководящей работы на позициях вице-министра здравоохранения и социального развития, руководителя аналитического центра, аппарате Правительства Республики Казахстан и местных исполнительных органах. Также он является представителем различных правительственных и экспертных групп по вопросам трудового законодательства, законодательства о миграции, занятости населения и цифровизации», – говорится в сообщении.

Консалтинговая компания «Dasco Consulting Group» специализируется на стратегическом, юридическом, налоговом, таможенном и IT – консалтинге.

Источник:

https://kapital.kz/naznacheniya/76925/eks-vice-ministr-stal-partnerom-dasco-consulting-group.html?fbclid=IwAR2rR1cq0KDCrTC3YLy64_BQqLo_4og6KJwSdTrKGABtgL9beOqV48PWilo

 

25 марта 2019 года

Sorry, this entry is only available in Russian. For the sake of viewer convenience, the content is shown below in the alternative language. You may click the link to switch the active language.

В Dasco Даулет Аргандыков будет отвечать за стратегический консалтинг в сферах госуправления, развития человеческого капитала и реализацию образовательных проектов, сообщается на официальных аккаунтах компании в Facebook и Instagram.
Даулет Аргандыков имеет многолетний опыт руководящей работы на позициях вице-министра здравоохранения и социального развития, руководителя аналитического центра, аппарате Правительства Республики Казахстан и местных исполнительных органах.
Также он является представителем различных правительственных и экспертных групп по вопросам трудового законодательства, законодательства о миграции, занятости населения и цифровизации.
Ведущая казахстанская консалтинговая компания «Dasco Consulting Group» специализируется на стратегическом, юридическом, налоговом, таможенном и IT консалтинге.

Sorry, this entry is only available in Russian. For the sake of viewer convenience, the content is shown below in the alternative language. You may click the link to switch the active language.

Новый этап будет интересным и с точки зрения казахстанской ментальности

Экспертным мнением о сложении Нурсултаном Назарбаевым полномочий президента Республики Казахстан поделился экономист, управляющий партнер Dasco Consulting Group Дармен САДВАКАСОВ.
– День 19 марта 2019 года навсегда войдет в историю Казахстана. Нурсултан Назарбаев возглавил страну в эпоху перестройки в СССР, когда в Союзе уже накопились различные сложности. Через реформы руководство Советского Союза пыталось изменить внутренние системы управления. Тем не менее, на фоне усиления экономических и политических вызовов Союз развалился. Казахстан получил независимость, а Нурсултан Назарбаев стал Первым Президентом страны.
Первая половина 1990-х годов была одним из самых сложных периодов в истории Казахстана. Требовалось изобретательное управление внутри страны, искусное налаживание внешних связей. В тот момент страна находилась в сложной ситуации, с не работающими предприятиями на фоне разорванных экономических связей, высокой безработицей и резким снижением уровня жизни.
Требовалась рука сильного, решительного управленца, подготовленного кризис-менеджера. Лидеру было необходимо иметь умение находить компромиссы в диалогах любого уровня, от общения с шахтерами на площади в Караганде до переговоров с главой Белого дома в Вашингтоне.
Отдельно необходимо выделить стратегическое решение о переносе столицы в Астану в середине 1990-х годов. Несмотря на наличие серьезного сопротивления в элитах, искренней любви людей к красоте и гармонии прежней столицы Алма-Аты, перенос главного города в Астану позволил решить ряд серьезных стратегических задач, в числе которых обеспечение миграции населения из густонаселенных южных регионов в менее населенные северные, создание экономических и политических балансов.
Кроме того, перенос столицы задал значимый импульс развитию экономики, сгенерировав большое количество новых рабочих мест, повысив спрос на строительные материалы и услуги, продукты питания, что выступило экономическим драйвером до последующего периода динамичного роста за счет нефтяного сектора.
Постепенно страна выходила из сложнейшего экономического кризиса, значительно улучшились социальные условия, ликвидирована организованная преступность, наведен порядок на улицах наших городов. За это время страна обрела собственную валюту, Конституцию и законодательство.
Тогда же была запущена беспрецедентная программа обучения “Болашак”, благодаря которой порядка полутора десятков тысяч казахстанцев получили образование в лучших вузах мира. Сегодня это тысячи управленцев, медиков, инженеров, журналистов и других молодых квалифицированных специалистов.
Когда на внутренней арене удалось достичь серьезных успехов, казахстанцы вступили в борьбу за международное признание. Многовекторная дипломатия, обеспечение внутреннего единства и согласия, достижения спортсменов и деятелей культуры на мировой арене стали настоящими брендами Казахстана.
В 2000-е годы Казахстан вошел уверенно. Президентом выдвигались различные стратегические инициативы, в числе которых – идея о евразийской интеграции, которая прошла путь от первых многосторонних торговых соглашений до комплекса институтов Евразийского экономического союза.
В целом эта евразийская площадка, как и активное участие Казахстана в других политических и экономических структурах, стратегических форумах и инициативах в первую очередь позволило Казахстану и его Первому Президенту вести диалог по глобальной и региональной повестке.
Из решений начала 2000-х годов нельзя не отметить важнейшее решение Назарбаева о создании Национального фонда. На фоне роста цен нефть Нацфонд стал аккумулировать прибыли от нефтяного сектора. Сегодня эти средства через ежегодный трансферт из Нацфонда в бюджет поддерживают нашу экономику.
Значимым достижением Нурсултана Назарбаева в укреплении суверенитета стала делимитация государственной границы, обеспечившая стабильность и национальную безопасность для будущих поколений.
Необходимо также отметить важность вступления Казахстана во Всемирную торговую организацию, для отечественного бизнеса создана мотивация на рост конкурентоспособности. Транзитный период вступления в ВТО заканчивается в 2021 году, и с этого момент отечественный бизнес будет конкурировать с международными компаниями без преференций. Стратегически это ориентирует наших производителей на конкуренцию в глобальном экономическом пространстве.
При этом идея о конкурентоспособности выдвигалась Лидером нации уже с середины 2000-х. В тот момент была поставлена задача по вхождению Казахстана в число 50 наиболее конкурентоспособных стран. Казахстан с задачей справляется достаточно успешно.
Возвращаясь к решению о сложении президентом полномочий, нужно отметить, что у Нурсултана Назарбаева остаются очень серьезные рычаги управления: через Совет безопасности, через партию “Нур Отан”.
В то же время Касым-Жомарт Токаев, принявший полномочия Президента в соответствии с Конституцией страны, объективно является лучшей кандидатурой. Дипломат с большой буквы, Касым-Жомарт Кемелевич сделал блестящую международную дипломатическую карьеру, став заместителем генерального секретаря ООН, главой Европейского офиса ООН в Женеве. После этого Касым-Жомарт Кемелевич вернулся в Казахстан, последние годы возглавлял Сенат, проводил большую политическую и законотворческую работу. Сейчас для Касым-Жомарта Токаева начинается новый этап на позиции президента страны, где, в первую очередь, он будет представлять внешнеполитические интересы Казахстана. Уверен, что благодаря личным качествам, профессиональной подготовке и опыту ему удастся поддерживать многовекторность, гибкость и мудрость во внешней политике Казахстана.
Новый этап будет интересным и с точки зрения казахстанской ментальности. Мы всегда подсознательно ищем лидера, «Чингисхана». Однако, людям предстоит привыкнуть, что в текущей парадигме возможно будет несколько центров силы. Конечно, Лидер нации сохранит рычаги управления, но можно ожидать дальнейшего усиления полномочий Парламента и Правительства. При этом, новой системе управления предстоит пройти проверку временем.
Подводя итог, необходимо подчеркнуть, что Нурсултан Абишевич Назарбаев принял сложное, стратегически выверенное решение, запустив процесс транзита власти по своему сценарию защиты интересов суверенного государства.
Самая главная задача – пройти это путь без рисков дестабилизации внутри страны. В этом будет заключаться ключевая стратегическая миссия государства на ближайший переходный период. Это будет настоящим экзаменом на зрелость для всего нашего общества, казахстанских элит и в целом государственной системы.

Источник: https://kursiv.kz/news/politika/2019-03/darmen-sadvakasov-reshenie-prezidenta-budet-nastoyaschim-ekzamenom-na-zrelost

Sorry, this entry is only available in Russian. For the sake of viewer convenience, the content is shown below in the alternative language. You may click the link to switch the active language.

Стоит ли нефтесервису бояться ВТО?

Что станет с более чем 100 мерами поддержки отечественных товаропроизводителей и местного содержания, прописанными в ряде нормативно-правовых документов Казахстана, после того как 1 января 2021 года завершится переходный период, и мы станем полноценными участниками глобального рынка, в рамках соглашений ВТО? Совет по развитию стратегических партнёрств в нефтегазовой отрасли, созданный при участии Ассоциации «Kazenergy» и НПП «Атамекен» попросил ответить на этот вопрос партнёра юридической компании «DASCO Counsulting Group» Миру Досову. Более 15 лет она специализируется на предоставлении юридических услуг по вопросам международных инвестиций, корпоративного права, коммерческого права, недропользования, строительства, включая реализацию инновационных и индустриальных проектов. Главное задачей Миры Досовой было разъяснить правовые ограничения и возможности отечественного бизнеса в новых условиях.

Местное содержание: ВТО v. Кодекс о недрах

Чем ближе приближается 2021 год, тем обострённее в бизнес-кругах обсуждается обеспокоенность казахстанских производителей товаров, работ и услуг (ТРУ) ограничением в будущем доступа к заказчикам-недропользователям. Казахстанский бизнес окажется в более жёсткой конкурентной среде с и без того ныне дышащими в спину соперниками со всего мира.

 

Попробуем разобраться и выяснить, что же в правовом поле представляют собой нормы ВТО с точки зрения того, как они отражаются в вопросах местного содержания в закупках ТРУ недропользователей[1]. Так, в этом ключе всем хорошо известны следующие основные положения недавно вступившего в силу Кодекса «О недрах и недропользовании» Республики Казахстан от 27.12.17 г. №125-VI (далее – Кодекс о недрах)[2]:

  • доля местного содержания в работах и услугах, приобретаемых для проведения операций по недропользованию, устанавливаемая в условиях контрактов на недропользование, лицензий на добычу твёрдых полезных ископаемых, должна составлять не менее 50% от общего объёма приобретённых работ и услуг в течение календарного года;
  • контракты на недропользование и лицензии на добычу твёрдых полезных ископаемых должны содержать обязательства по доле местного содержания в работах и услугах (в размере, установленном в соответствии с требованиями законодательства)[3];
  • извещение о проведении аукциона на предоставление права недропользования по углеводородам должно содержать минимальные обязательства по местному содержанию в работах, услугах и кадрах;
  • за нарушение обязательства по обеспечению минимальной доли местного содержания в работах и услугах, используемых при проведении операций по добыче твёрдых полезных ископаемых, взыскивается неустойка в размере 30% от стоимости работ и услуг, относящихся к неисполненному объёму обязательств. Уплата неустойки за нарушение обязательства прекращает основное обязательство, исполнение которого предусмотрено в соответствующем календарном году;
  • по контрактам на недропользование, заключённым до 1 января 2015 года, при осуществлении закупок товаров при проведении операций по недропользованию, организатор конкурса в процессе определения победителя условно уменьшает цену конкурсной заявки участников конкурса – казахстанских производителей товаров на 20%. Данное положение применяется до истечения срока действия указанных контрактов или до 1 января 2021 года, в зависимости от того, что наступит раньше;
  • порядок приобретения товаров, работ и услуг недропользователями и их подрядчиками, осуществляющими свою деятельность в рамках соглашений (контрактов) о разделе продукции (СРП), утверждённых правительством Республики Казахстан, либо в рамках контракта на недропользование, утверждённого Президентом Республики Казахстан[4], определяется процедурами, установленными в соответствии с такими соглашениями (контрактами). При этом такой порядок должен обеспечивать: 1) выполнение утверждённых программ развития местных поставщиков товаров, работ и услуг; 2) предоставление всем потенциальным поставщикам товаров, работ и услуг полных и справедливых возможностей для участия в конкурсе на приобретение товаров, работ и услуг; 3) применение объективных критериев предварительного отбора потенциальных поставщиков товаров, работ и услуг.

Предполагается, что в контракты, заключённые до 1 января 2015 года (кроме СРП и контракта ТШО, как предусмотрено статьей 278 (30) Кодекса о недрах), необходимо внести изменения об исключении обязательств по местному содержанию в товарах и заменить их мерами, совместимыми с нормами ВТО, или такие требования утратят силу с 1 января 2021 года.

15 марта 2019 года

Источник: http://www.petroleumjournal.kz//index.php?p=article&aid1=107&aid2=561&id=1298&outlang=1